Громова сайты знакомств дневник

Дневник развития форума numbserdeper.tk

громова сайты знакомств дневник

Полина Громова: "Сезон охоты в сети". Итак В анкетах на сайтах знакомств есть прекрасная позиция — «цель знакомства». . Для того что их заметили заводят дневники и в них публикуют все что душе угодно. Опубликовано обращение Яра Громова к форумчанам 5. Новые знакомства и договоренности о партнерстве, большие рекламные. Лиза Громова (cbcfbd2d20ca), 20 Лев, Саров ищет парня от 18 до 24 для романтических отношений. Эта и множество других РЕАЛЬНЫХ анктет на сайте numbserdeper.tk да нет. Знакомства · Дневники.

Это была наволочка одного молодого таджика, который сидел. Он жутко загоготал, еще чуть-чуть, и меня бы объявили крысой - а это страшное обвинение. Я тихонечко извинился, таджик кивнул, вопрос замяли. Но я ощутил холодок по спине. Это, конечно, была еще не смерть, но таким холодом потянуло, что проняло до глубины мозга. Будто просто мимо, где-то рядом прошелестела сестра старухи с косой, которая ходит с клеймом позора.

Тут как тут, и сразу выжигает на лбу клеймо на всю жизнь. Ведь смерть здесь как таковая не так страшна. А вот моральная смерть - это уже настоящий ад для меня, как и для многих. Пятно несмываемого постоянного позора, который никуда не уйдет. И каждый может подойти к изгою и ударить или просто плюнуть. Так многие заключенные успокаивают себя тем, что унижают.

Тешат свою душу, поиздевавшись над другим, веря, что, опустив кого-то ниже, сам поэтому делаешься выше. Поэтому в камере все следят за собой и другими, что накаляет еще сильнее атмосферу, и за этой духотой отношений физическая духота и жара уходят на второй план, и о них забываешь.

Вот чем еще страшно заключение, и заключение не с простыми людьми, а с преступниками, с кем проводишь двадцать четыре часа в сутки. Измотанный, слабо соображающий, вынужденно общаешься с теми, кто по камерам слоняется с подросткового возраста. А есть и такие, кто отсидел больше, чем ты прожил.

И ни одно движение, ни один вдох не пройдет незамеченным. Потому что все ваши движения так или иначе характеризуют вас, только это нужно уметь читать. Здесь через полгода начинаешь потихоньку понимать этот невольный язык жестов и вздохов, а через десять лет зэк уже сразу понимает, что за человека только ещё вводит в камеру конвой.

В принципе, как мне потом объяснил Саша, за этот проступок с меня не могли спросить. Ошибка налицо, вытащил и поставил на стол.

Но если бы таджик скотиной оказался, то мог бы сразу и по зубам законно дать. Легко за косяк отделался, но тут и вообще страшного ничего не могло. У тебя есть привычка о собственный член спотыкаться, неуклюжий. Привыкнешь со временем, понятное дело, но пока не привык, береги себя и свою честь. В общем, пока не берись за ответственную работу, на дорогу тем более не лезь. Сиди пока ровно, осматривайся. А то я видел, уже к шнифтовым кто на тормозах стоит пытаешься прибиться.

Не торопись, все успеешь, ты здесь надолго. Но, думаю, дело еще и в том, что мой друг, Сережа Соловей, сидевший в свое время за мирный захват башни Святого Петра в Риге и потом этапированный в Россию, освободился из самарской зоны весьма уважаемым человеком.

За пару месяцев до моей посадки, во время ввода в Тольяттинскую колонию спецназа ФСИН ему позвонили знакомые заключенные и сообщили о своей беде. Сергей попросил депутата Госдумы Виктора Алксниса вступиться за заключенных, поскольку повода вводить туда спецназ не. За такое избавление от серьезных и массовых избиений многих сотен заключенных его стали уважать еще. И очень авторитетные люди. Так вот он отзвонился к смотрящим за камерой авторитетным зэкам и подписался за.

Ему пообещали, что со мной будет все нормально. Спасибо тебе за это, Сергей! А Виктор Иминтович Алкснис также и меня спас впоследствии, когда я находился уже в лагере, но об этом я расскажу позже. Жизнь обиженного в окопе. Это была первая моя тюремная камера, и я ни разу не видел настоящего пидора, который выполнял соответствующие сексуальные функции, занимая соответствующее место в камере на полу. В общем, в полном смысле этого слова, в его самом что ни на есть тюремном понятии.

Жил он, спал, ел и вел себя как-бы естественно, ничего не замечая особенного в своем положении. Мы немного общались, к неудовольствию блатных: Но мне было любопытно, почему он так живет? Его изнасиловали по беспределу или он сам решил выбрать себе этот путь? Но он так и не рассказал мне ничего, а напрямую я не спрашивал.

Этот же ничего не говорил на эту тему. Тем не менее мне удалось его немного разговорить, и он успел кое-что рассказать мне о. Звали его Леша, мама у него неоднократно сидела, видимо занималась всегда чем-то криминальным.

статья в правмире называется — Покинул нас — Дневник — Православные знакомства «Азбука верности»

Сам он с Южной Украины, учился, есть девушка со школы, но которая не пишет. Приехал к кому-то в гости в Москву, здесь и заехал. Но за что, непонятно. У Алексея этого все было непонятно, он редко договаривал не то что до конца, редко доходил до середины.

По разговорам он немного напоминал школьника-хорошиста, который держится поодаль от школьной шпаны. Так и бегал, видимо, школа - дом, не. Уроки, остальное время, наверное, огород, который он пару раз упоминал. Ни в каких секциях он никогда не состоял и никогда спортом не занимался, говорит - неинтересно. Книг и журналов у него также не было, хотя если бы попросил, то ему наверняка что-то дали.

Часто он, улегшись на свое место, долго созерцал что-то перед собой, прежде чем заснуть. Немного забавно он читал письмо от своей мамы. Получив, он вцепился в него, открыл не сразу, сначала посмотрел на свет, пощупал, постучал им о колено, как сбивали всегда письма на одну сторону, чтобы открыть, хотя письмо было уже вскрыто цензором.

Потом только заглянул в конверт и вытащил письмо. Развернув листки, стал читать. До этого почти неподвижное лицо сразу наполнилось мимикой.

Оно заходило, заулыбалось и закривилось, брови задвигались, глаза то расширялись, то превращались в узкие щелочки. Ощущение такое, как-будто он хотел при помощи пантомимы передать всем содержимое письма… Общался с ним только я, но немного, и говорить с ним было не о. Кроме него самого, меня ничего не интересовало, а о себе, как я уже сказал, он рассказывать не. Возможно, это было из-за того, что его развели на разговоре.

Например, если его мама зарабатывала проституцией и он сознался, то его легко могли записать в отъехавшие из-за маминого ремесла.

Андрей Громов — Мальчишка из «Офицеров»

Внешне вроде привык, а в душе-то может все равно тяготило положение. Но ложился он спать как ребенок: И поморгав немного, быстро засыпал. Ему ведь всегда уделяли с общака сытую мясную и сладкую пищу. О бытовых предметах и не упоминаю, было у него.

И заметно было, что у Алексея отличный, новый и мягкий матрас. Единственно, из рядом стоящей параши тянуло, но это нюхали. Даже письма ему давали, не задерживая, и, подозреваю, всю корреспонденцию, ничего не лишая.

Разница между отправкой и получением была обычно неделя, как он сказал. Это с Украины, что от матери, к тому же из ее заключения. У меня, например, только одно письмо пришло через четыре дня после отправки. Это где моя мама написала в марте года, что у нее сахарный диабет.

Остальные все шли месяц. Иногда чуть дольше, иногда чуть медленнее. У Леши все с этим было нормально. Зачем его еще лишать чего-то.

Никто не займет его место или даже просто не потеснит. Никто не попросит сигарету или конфеты с чаем. Потому-что автоматом станет таким же, как он - неприкасаемым.

Даже накладывали ему баландеры в его личную миску которая не была, как принято считать, дырявой, а выглядела обычной шлемкой следующим образом. Подъехав к кормушке с обратной стороны двери, баландеры сразу давали хлебные пайки на всех, а затем начинали раздачу пищи.

Когда подходил пинч, один из зэков должен был вылить ему только что налитую порцию из своей тарелки. Потом зэк подавал шлемку повторно, и ему наливали. А здесь еще пидор мешает.

  • 9 приемов, позволяющих успешно знакомиться по Интернету
  • В Петербурге на Громова рубили деревья, чтобы протянуть теплотрассу
  • Liza Gromova

Ведь если никто не нальет ему, он ведь голодный останется. Так что при мне не было случая, чтобы ему не дали порцию. Уж лучше, конечно, быть голодным, не спавшим, без сладкого и без сигарет. Не платить за всю эту сытость тяжелейшей ценой, которую платит пинч - своим телом и глубочайшим унижением. Это тот самый случай, когда жить сыто и комфортно не значит быть счастливым. Сейчас у нас в стране большая проблема с этим пониманием, и многие продаются, торгуя честью, особенно судьи.

И у меня ощущение, что на том свете они также окажутся в такой же шкуре и на таком вот месте. И вроде сыто и мягко все будет, но вот не сладко. Что именно заставило зэков так относиться к отъехавшим и обиженным и назвать их неприкасаемыми? Вот на воле ты же не знаешь, кто там отъехавший или. Не знаешь, кто в этом ресторане пил вчера из этого стакана, кто готовит эту пищу, но свой стакан упорно ни один из бандитов не носит и в ресторанах питаться не брезгует.

Хотя поясняю в скобкахдело чести смыть все его кровью, - забить до смерти или просто убить такого пидара. Чтобы другим неповадно было так себя вести. Таковы суровые законы преступного мира. Но почему так напряженно к этому относятся в тюрьме? Я думаю, что это, как и все в тюрьме, просто выстрадано кровью и все законы направлены на выживание.

Как техника безопасности или воинский устав, за каждой строчкой которых стоит много крови. Нечистоплотные люди - разносчики разной заразы. Дизентерия, глисты и много другой дряни, которой богата матушка тюрьма, передается в первую очередь из-за пренебрежения к собственной гигиене. Ведь попадают сюда часто самые что ни на есть отбросы общества.

Бомжей, наркоманов и алкоголиков - здесь в избытке. В общем, это элементарная безопасность, и презрение к таким людям, неприязнь к ним, обостряют бдительность. Зона риска, что еще сказать. Только резиновые сланцы могли спасти от вшей В кожаных ботинках бельевые вши не живут, как и вообще на коже… Первые тапки, которые загнали мне ребята с первой передачей, были тряпичные домашние тапочки. До этого я ходил по камере в ботинках на босу ногу. В носках было жарко, и в них сразу заводились вши. В кожаных ботинках бельевые вши не живут, как и вообще на коже.

Так ботинки и носил на босу ногу, как сандалии. Две пары совершенно одинаковых ботинок купила мне и моему племяннику, который был уже одного роста со мной, моя мама.

Купила она мне их перед поездкой в Литву. Я их надел, и через месяц-полтора сел в лукишкесскую тюрьму следственный изолятор Лукишкес в Вильнюсе за акцию протеста против визового режима для граждан России, ехавших в Калининград. Литовские чиновники снимали с поездов купивших билеты граждан России, не пуская домой.

Мы провели акцию в поезде на границе, были арестованы, а затем были этапированы сначала на централ в Вильнюсе, а после суда в Провенишкинский лагерь. По литовскому закону нельзя было содержать с иностранцами литовских заключенных, и поэтому нас раскидали по одиночным камерам. Мы заняли все камеры ШИЗО лукишкесской тюрьмы. В лагере в Провенишках на прожарке мне ботинки сильно изуродовали, положив подошвой, видимо, на раскаленные стальные уголки, расположенные полосками над прожарочной печкой.

От нагрева подошва расплавилась, сильно деформировалась и выглядела ужасно. Хотя потом я в этих ботинках нормально ходил, они не текли и были вполне пригодны для носки. Просто была изуродована подошва. Но красоваться мне там было не перед кем. Тем более в камерах тюрьмы и лагерного изолятора, куда посадили всех нацболов, отделив друг от друга и от литовских осужденных. Спустя полгода, когда я приехал домой в гости, мама обратила внимание, что Феликс племянник не носит свои ботинки, и отдала их.

Именно в них я, спустя пару месяцев, заехал в московские тюрьмы. И вот они и были у меня вместо тапок. Нацболы мне загнали в первые же дни передачу, где были простые, матерчатые, с глухими носками тапочки. В них ходят немолодые люди, они теплые, с резиновой подошвой и обшитым материей поролоновым подъемом.

Простые домашние, немного советские коричневые тапки. Немного советские - ибо в СССР такие тапочки были почти в каждой квартире. Ох, и намучился я тогда с этими тапками.

Они сразу стали рваться, и через пару недель мне пришлось их серьезно чинить. Внутренняя часть сразу стала засаливаться, я уж не говорю о внешней, на которую садилась пыль бетонки, разная копоть и грязь с пола - все моментально оседало на.

А они впитывали в себя всё как пылесосы. Поэтому их приходилось периодически стирать.

Дневник развития форума MFC.GURU

Но грязь и стирка - мелочи по сравнению с моментально поселившимися в них вшами. При этом почему-то именно в левом тапке. Не знаю, чем он так вшам приглянулся и почему был совершенно отвергнут правый. С одеждой было проще. Там, как только начинала чесаться какая-то часть тела, достаточно было снять, например, футболку и вывернуть в этом месте, - и вот она здесь, родимая. Плюс было лето и кроме трусов - никто ничего не носил.

Вши любят селиться в швах, а на футболке их мало. С трусами сложнее немного, их просто так не снимешь. Хотя изловчиться можно, сидя на валике, не снимая, вывернуть нужный участок, и разобраться с вредителями. Тапок же наизнанку не вывернешь.

Подошва есть подошва, и туда, на стыке материи с подошвой в глубине тапочка, заглянуть можно, только разорвав тапок. Мне ничего не оставалось делать, как периодически ошпаривать их кипятком. Но это помогало лишь на пару часов.

громова сайты знакомств дневник

Потом созревали новые гниды, и все начиналось по-новому. А в мокрых тапках ходить как-то совсем не. Тем более под кипятком они ветшали и рвались с удвоенной силой.

Следовало, конечно, просто оголить носок, разорвав его, но я просто не догадался. Да и не думаю, что мне это хоть как-то серьезно помогло. Вши грызли ногу по всей окружности носка, скрываемого тапком. Еще по шву, расположенному на подъеме. В общем, опухшая от укусов нога, помню, покрылась мощными волдырями и выглядела страшно.

Даже дегтярное мыло, заботливо загнанное мне нацболами, не помогало. Ходил я забавно, при первом удобном случае опирался на шконку и вытаскивал ногу из тапка. Или садился на лавку, если было свободное место. И только когда я попал на спец небольшая камера на человекменя научил один парень по прозвищу Химик, о котором я еще расскажу, как избавляться от вшей наверняка и надолго. Но, вообще, здесь только резиновые сланцы могли спасти положение, и я передал через адвоката, чтобы мне их заслали.

Эти сланцы были без преувеличения шедевр человеческой мысли. Таких я ни у кого более не видел ни до, ни во время, ни после отсидки. Они были истинно банные, с прозрачными рифлеными жесткими массажными стельками. Нога на этих стельках никогда не потела, что было очень важно на такой жаре. Стелька держалась на водостойком клее. Этот клей держался очень долго, несмотря на то что при каждом шмоне его пытались немного разорвать надзиратели, но, убедившись, что они прозрачны и там сплошной клей, оставляли сланцы в покое.

Так было даже в моем уфимском лагере, где штопанные и перештопанные сланцы уже были как сапоги у ковбоя Мальборо из известного фильма. Стельки сланцев уже висели на самом уголке их носка, пришитые одним стежком ниток.

И только под конец срока, в последний мой заезд в ШИЗО, за полтора месяца до освобождения, - многократно чиненные сланцы мне порвали уже окончательно. А так стельки служили бы еще годы, если бы не испытание тюрьмой, которое ни для кого и ни для чего не проходит бесследно.

Включая и самих надзирателей со всеми их начальниками вместе взятыми. Внешне они были не менее уникальны, чем по своим, так сказать, техническим данным. Подошва была как платформа, высокая и здоровенная, примерно раза в полтора больше самой ступни.

Выглядели они такими снегоступами, или, как их все зэки с тюремной прямотой и называли, - говнодавами. Моя босая нога в них выглядела почти как в ласте, а сам я в зеркале, худой, выглядел как гвоздь шляпкой. Многие зэки, очарованные моими ластами, предлагали обменяться. Но я, разумеется, таких тапок не обменял бы ни на какие блага жизни, чувствуя, что они еще себя покажут, и оказался прав.

В них я прошагал весь срок. Благодаря им я много сэкономил сил и нервов. Их подошвы были сделаны так, что при попадании на мокрую поверхность они совершенно не скользили и так и присасывались к мраморному полу, если их подошвы предварительно смочить.

Там на растяжках первые минуты, пока влажная подошва, они держали отлично. Потом подсыхали и уже стоять приходилось своими силами. Но минут пять, а то и более того, я отыгрывал и сползать по стене начинал на пять минут позже. А пять минут - это очень. Там не было ничего вообще, кроме ржавых шконок, стола и лампочки. Мы все начали обживать хату. Стол, стены, потолок - совершенно черные.

Подойдя к стене, и проведя по ней пальцами, я понял, что действительно все в копоти. Цемент, державший его, еще не засох до конца. Об этом сразу курсанули всех, чтобы народ не засиживался на нем, ногами не вставал.

И вообще относился бережно к общему комфорту. Тут же его оградили кем-то пожертвованной казенной простыней, повесив ее на сплетенный из ниток тонкий, но прочный канатик. Этой же ночью, шпана затянула в хату белые, из синтетических ниток, мешки из-под сахара - огромную стопку. Из мешковины уже к утру сшили скатерть на дубок.

То, что идем в нежилую хату, было известно заранее. Веселье - обязательный и неотъемлемый камерный атрибут. Людей, кто любит и может шутить, в камере будут уважать и относиться к ним будут всегда хорошо. Позитив здесь не просто ценится, он жизненно необходим.

Тюрьма таких делает еще добрее В экстремальных условиях особо трогательно видеть, как люди становятся еще более человечнее… Здесь я познакомился с одним работягой-строителем, кажется, звали его Эдуард. Он был в принципе положительным человеком. Он шел из какой-то пивной в общежитие и увидел в парке спящего пьяного мужика, рядом с ним лежала барсетка.

Работяга подсел к нему, на улице было пустынно, и когда он поднялся, то барсетки на скамейке уже не. Он пошел дальше домой. А в итоге пришел. Через несколько минут, когда он уже отошел метров на тридцать, его задержал патруль и проводил в недалеко стоящий опорный пункт. Там ему, смеясь, показали телевизор, где была видна та самая скамейка, которая находилась под видеонаблюдением.

Сам он назвал это происшествие просто: Глядя на нескладную его фигуру, действительно поверишь, что его бес попутал. Не жил он никогда кражей, могу допустить, что со стройки мешок цемента мог толкнуть, да и что там еще стянуть можно, втихую от прораба. Но он ничего не рассказывал подобного, только что там-то хорошо заработал, а там кинули, - не более.

В отличие от некоторых других урок, которые, бывало, рассказывали смеясь, как где-то что-то стянули удачно или ограбили. Эдуард не жил преступным ремеслом, у него не было ничего особо рассказать на эту тему. Этот работяга любил читать и собирать разные цитаты известных людей, он даже завел себе тетрадочку, куда записывал из журналов и газет разные изречения. Но особенно он любил Омара Хайяма. Я нередко наблюдал, как он очень трепетно доставал свою тетрадку. Перелистывал и думал о чем-то.

Тюрьма таких делает еще добрее, чем они. Он вообще с удовольствием общался только со мной, видимо, найдя понимание, которого не находил в других сокамерниках. А через два дня, в день моего рождения, днюхи, 19 августа, он написал мне какое-то наивное тюремное поздравление. Где так же наивно подписался - Омар Хайям. Но мне очень понравилось, было в этом поздравлении много не по-тюремному наивного, трогательного и доброго.

Что у меня день рождения, он узнал, посмотрев у меня делюгу. Он не сразу поверил, что я политический. Много разных безумцев придумают разные истории о своей делюге, и, чтобы их сразу приструнить, можно попросить делюгу. Это сразу отрезвляет и заодно веселит окружающих. И не нужно объяснять, как такие островки радости, оформленные вниманием, особенно ценны. Мне казалось, что все были моему празднику скромно рады.

И, скорее всего, многие действительно радовались. Сделать человеку праздник в тюрьме, по-моему, приятно. И вообще в экстремальных условиях особо трогательно видеть, когда люди становятся еще более человечнее.

И только тараканы беспардонно лазали по этому пепелищу, везде, куда падал взгляд. И среди этого происходил праздник. Праздник для всех, поводом которому оказалось мое рождение. Эдуард рассказывал мне, что у него где-то растет дочка, к которой он очень стремится.

Работяге дали два года. Думаю, что он, как прежде, работает на стройке и делает все для своей дочки. И не ищет более халявы, выучил навсегда, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Листает цитатники на перекурах и смотрит в открытое небо, о котором тосковал, лежа на шконке. Но в этой камере я пробыл недолго. Вскоре меня перевели на Большой спец Матросского централа.

Большой спец на Матроске, хата на восемь мест Я оторопел, глядя на наполовину расправленные две шконки, молчащий телевизор и ещё тёплый недопитый на дубке чифирь… Примерно через полторы недели моего пребывания во второй общей хате меня перекинули на Большой спец Матросского централа. Было это в начале двадцатых чисел августа года. Постоянные переводы из камеры в камеру очень утомляют и действуют угнетающе.

Только привыкнешь к камере, к койке и к своему месту, которые делишь с тремя-четырьмя сокамерниками это в в МЦ, сейчас такой уплотниловки в камерах нетк соседям, к заковыристым характерам которых нужно притереться, к камерным сумасшедшим с неадекватным поведением и истеричным смехом, к клопам, наконец, которые становятся ближе всех и роднее в камере, в них течёт ваша кровь всё-таки… Мне иногда было смешно и весело смотреть на них, как они дружно улепётывают по постели или по телу в стороны.

И злобное раздражение иногда как-то сразу исчезало само. И вот опять рваный и неуклюжий переезд, равный, как говорят в народе, двум пожарам. Всегда есть опасность забыть в камере что-то нужное, книгу, одежду, тёплую куртку или ещё что-то не менее ценное, что скрашивает или упрощает жизнь в заключении.

Куртку или ботинки свои ты уже более не увидишь. Потом на некоторое время тюремщики останавливаются и дают обжиться, ждут, пока привыкнешь. Через неделю-две или месяц-другой опять начинается всё по новой. Здесь, как принято давно и везде говорить, было действительно - просто, как в пионерлагере… Меня подняли с матрасом и вещами, кажется на третий или четвертый этаж Большого Спеца БС.

громова сайты знакомств дневник

Мы с надзирателем поднялись по лестнице вверх на этаж к камере, почти сразу напротив лестничной клетки, только чуть правее. Камера, кажется,или нет, скорее Надзиратель открыл тормоза и втолкнул меня… в совершенно пустую жилую хату. Никого в ней не. Я оторопел, глядя на наполовину расправленные две шконки, молчащий телевизор и ещё тёплый недопитый на дубке чифирь.

Такого со мной никогда не было и не будет, пока меня не переведут в одиночные камеры. Полностью пустая жилая хата. Наверное, такое бывает не со всяким видавшим виды заключённым. Я себя чувствовал себя персонажем фантастического романа.

Впервые почти за всё время своего заключения оказаться так вот вдруг - в одиночестве. Это было из области очевидного, но невероятного. Ну, была, конечно, сборка на Матроске, где вроде как один в этой ремонтной хате, но в то же время я не был один - долго слушал жалобы хозбандитов.

Чтобы люди верили, что можно познакомиться. Действительно, нет такого понятия — большой город. И в большом городе есть возможности познакомиться. Если бы это было в маленьком городе, там было бы не пять девушек, а одна-две, например. И тебе выбор между двумя проще сделать, чем выбор между пятью. Здесь достаточно большой выбор, здесь есть из кого выбирать, есть с кем знакомиться. Для чего люди хотят знакомиться? Часто — для удовлетворения каких-то меркантильных потребностей.

И реже — для того, чтобы на самом деле жить, строить, помогать друг другу. И, самый главный момент — наше общество превратилось в общество потребителей. То есть, люди не хотят что-то давать, а хотят сразу же брать. И женщины и мужчины. Например, заходите в Интернет — любой сайт находите, выбираете, что хотите.

И так же людей выбирают. Не за какие-то человеческие качества, не по тому, как он относится к близким людям, а как помидоры в магазине. Этот с червоточинкой, а у этого ямочка не на том месте на щеке, а у этого нос не такой, а у этого всё не так… Большой выбор разлагает людей. Можно познакомиться в течение нескольких минут и к себе домой повезти. Иногда женщины сами воспитывают таких вот мужчин-потребителей своей доступностью.

Открывают журнал — а там женщина обнажённая. Позвонил — и всё. Зачем учиться ухаживать за женщиной? Она у нас особой любовью пользуется.

Я пропагандирую в этой игре то, чтобы люди умели читать других людей, изучали друг друга. И занимались этим, например, не месяц, два, три, полгода — а постарались за неделю прочитать, есть ли смысл с этим человеком строить какие-то отношения, есть ли смысл встречаться? Надо попытаться раскрутить человека, прочитать, понять, когда он обманывает, когда не обманывает, не тратя время.

Потому что главная ценность сейчас — это время. Невозможно тратить по полгода на одного человека. Мне одна женщина сказала: Если я с этим буду встречаться полгода, ещё полгода — мне уже тридцать четыре. Потом еще полгода, полгода со следующим — мне уже тридцать.

Что одиноким женщинам посоветовать? Нужно просто быть активной. Пусть она ставит себе цели в клубы знакомств приходить, на вечеринки, в театры, и самое главное — чтобы она сама была готова к общению. Не забиваться в угол. Например, вечером есть возможность — позвонила подруге, куда-то съездили. Главное — не сидеть дома. Пусть везде тоже знакомится, не важно, как: Это панацея — уметь говорить и уметь слышать людей, которые что-то нам говорят.

Это основное, что должно подталкивать друг у другу, вот и всё. Женщинам сейчас тяжелее, чем мужчинам. Про доступность мы уже говорили. Почему Москву завоёвывают иногородние, приезжие? Потому что они сильнее.

Кровь у них сильнее, стремление. Коренных москвичей становится всё меньше, они исчезают. Зачем мужчине завоёвывать женщину, когда можно просто сидеть, она сама подойдёт, и они вдвоем уедут? Женщина должна стать охотницей. Но, когда она охотится, то не должна показывать. Нужно пытаться сделать так, чтобы на первом этапе была маленькая игра.

Не надо всё про себя рассказывать, нагружать своими проблемами, не надо стремиться куда-то сразу тянуть мужчину: Не нужно мужчину так сразу перегружать, не нужно давить. Просто нужно узнавать как можно. Женщина должна быть и доступной, и недоступной. И умной, и глупой. Мои родители прожили вместе сорок два года. Отец, царствие небесное, три года назад умер.

Меня в основном воспитывали своими примерами, а не ремнём. Так что прочь хандру из твоего профайла! Умеренный позитив действует на мужчин как магнит! Заполняй анкету кратко, но емко и с юмором Если же ты еще и постараешься сделать свою анкету одновременно краткой и оригинальной, будешь улучшать ее и дашь в ней честную информацию, то твои шансы в любовной охоте резко возрастут.

Ты когда-нибудь знакомилась в Сети? Почти все мои друзья найдены в Сети! По Интернету знакомятся только неудачники! Они чувствуют таких же выдумщиков за версту. Тебе ведь не нужен такой эффект, правда? Нет необходимости размещать фото, где ты одета в купальник. Должна же быть в женщине какая-то загадка; ни в коем случае не демонстрируй фотографии, на которых ты в обнимку с бывшим.

Даже если ты тогда была на 5 кг легче. Даже если на тебе был пуш-ап; это здорово, если ты любишь домашних животных.